Главная | Регистрация | Вход
Персональный сайт Владимира Проскурина
Поделитесь
Меню сайта
Категории раздела
Памятники культуры и религии Алматы [27]
Архитектура,городская археология, книжные сокровища, достопримечательности
Туризм, краеведение, экскурсии [17]
Историко-географические очерки [23]
Туркестан. ЖЗЛ: годы, имена, судьбы.
Казачество в Азии [26]
Летопись Заилийского края [28]
Дайджест прессы [22]
Домашний архив [9]
Наш видеозал [4]
Вход на сайт
Логин:
Пароль:
Поиск
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • /li>
  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0
    Главная » Статьи » Историко-географические очерки

    Не в ладах на море и в садах моряк

                                                                


           Писатель Николай Анов в романе «Азия» рассказал о трудной судьбе заилийского города,  его казаков-жителей,  золотых творений их рук после свершения  революции 1918 года Верного (Алма-Аты) .

      О том, как цветущие яблони Семиречья пошли на дрова, а  знаменитый верненский апорт на корм скоту. Возмущенный действиями Советской власти - «...вона пеньки торчат! А тут  апорт – во какой рос, и пармен золотой!»,-  хозяин сада приходит в исполком, где его встречает председатель, - « матрос со змеями на обнаженных руках». «А вам, старичок, собственно говоря, какое дело?» - «Да я ж хозяин настоящий! –  закричал Петр Трофимович и чуть не заплакал. – Моими руками, прости господи, все сажено!» - «Хо-зя-ин! Ишь ты какой Николай-чудотворец вылупился! – весело загоготал матрос и сказал деловым тоном: - Ничего, чудотворец, теперь это уже не твое, а всех трудящихся. Будь покоен, новые хозяева за всем доглядят». Петр Трофимыч от обиды и насмешек едва доплелся до дому. Зимой новые хозяева пилили яблони на дрова и возили в город продавать... Когда рубили кандиль-синап на заветном участке, посаженном в память рождения сыновей, Семилетов затыкал уши, чтобы не слышать сухого стука топора. За одну зиму у него окончательно поседели волосы и согнулась спина...»

        Добавим к печальному повествованию, что талантливые в садоводстве казаки в те трудные годы диктатуры были пущены «в расход». Наверняка, приступая к написанию романа, Николай Анов, в 20-е годы редактор газеты «Джетысуйская искра», знал о трагической судьбе семьи  Веригиных. В 1918 году, во время «красного террора», казаков Малой станицы Веригиных вырезали под  корень, вместе с яблоневым семейным садом. По крайней мере, как говорят документы, его мужскую половину – сыновей Петра и Николая, затем и отца, Афанасия Кондратьевича. Спаслась негаданно дочь Веригиных - Зинаида, выйдя замуж за Александра Редько,  и в тени этой знатной фамилии выстояла, взрастив  зеленую поросль алма-атинских садоводов.

         Самое горькое в этой истории то, что беда, обрушившаяся на семью известного в крае зеленоустроителя (по  роману старик Семилетов, а по жизни, надо полагать, династия садоводов Моисеевых), коснулась каждого из потомков, кто, следуя по стопам прародителя, пытался возродить алма-атинское  садоводство. В процессе  роста города и немереных аппетитов его руководителей окрестные  рощи превращались в дачные участки, в заповедные места охоты на редких животных и птиц или просто, как уже в наши дни, раздавались направо и налево под виллы, игорные дома, теннисные корты и гольф-клубы. Печальна судьба садоводов Моисеевых и их последователей Вязигиных, Гайдиных , Кацейко, их садово-огородных участков на Веригиной горе, Каменском плато, в Бутаковой  щели и «Горном Гиганте». Во время массового жилого строительства  в 60-70- е годы  на плодороднейшей полосе предгорий Заилийского Алатау  были окончательно  вырублены последние  алма-атинские сады. Причем, родовое гнездо Моисеевых, знаменитый помологический питомник на улице Тулебаева был отдан под элитное строительство цэковского дома, а последних носителей яблонного дела выселили в АДКовские «Черемушки», в «хрущобы» нового коммунистического быта.


        Если внимательно заглянуть за строки романа «Азия», окажется явным еще один прототип  - «матрос со змеями на обнаженных руках». Безусловно, это балтийский моряк призванный партией навести порядок в казачьей Малой станице. Ему была отведена историческая роль  первого коллективизатора сельского хозяйства  Семиречья. Перед приездом в Алма-Ату он успел немало «наломать дров» в революционном Петрограде, участвуя в героическом штурме Зимнего Дворца. Фамилия его была созвучна громоподобному залпу «Авроры» - Громов-Амосов Иван Евдокимович.

         Он родился в 1884 году, времени, когда над его родной деревней прошли уже суховеи и ожидался невиданный крестьянский голод. Родня подалась в переселенцы, а наш герой с  милого севера был призван в сторону южную, в туркестанские солдатские роты. Здесь встретил он известие о первой войне с японцами, а чуть позже узнал, что такое бунтовать, кто такие большевики и  вождь пролетариата Ленин. Дальше – больше: обнаружил в себе недреманные силы борца и вступил в ряды РСДРП. В годы войны с германцами призывал к поражению, был выдвинут за ораторство большевика-пацифиста в солдатские Советы. После победы Октября  принял участие в создании первого советского Сибирского правительства, избирался членом ЦИК СССР и ВЦИК. Словом, биография достойная продвижения во всех течениях, не только в Балтийском. В сухопутной Алма-Ате прославленного моряка назначали в 1929 году первым председателем пригородного колхоза «Луч Востока», то бишь, бывшей семиреченской Малой станицы. 15 октября 1935 года председатель КазЦИК тов. Кулумбетов навестил казачью бедноту и вручил ей акт на вечное пользование восемью тысячами га земли. В те годы в колхозе «Луч Востока» было 814 хозяйств, 1500 га пашни, 500 га садов и 16 га виноградников. Перед самой Отечественной войной  к станице присоединили территорию Татарки и назвали новое коллективное хозяйство масштабно – «Советский Казахстан». Что там до одинокого луча с Востока! В год смерти нашего героя  колхоз вновь поменял название на «Турксиб», правда, не на последнее. С 1977 года алма-атинский пригородный колхоз получил весьма символическое, не для становления, а для окончательного развала название. Он стал «Имени 24-го съезда КПСС». Моряк-станичник скончался под Новый 1951 год,  его бренное тело вынесли 29 декабря  из зала Дома культуры, единственно заслуживающего внимания  произведения зодчества в советской станице.

     

           После похорон члена ЦИК СССР в сельском очаге массовой культуры уже начались традиционные школьно-пионерские елки. И жизнь колхоза, по старинке именуемого «Лучом Востока» или Малой станицей,  постепенно вошла в свое русло. В 1962 году центральная усадьба колхоза-миллионера, времени правления  некогда всесильного Громова-Амосова, постепенно была присоединена к городской черте. Странно, но при виде сегодняшнего житья-бытья бывшей станицы невольно на память приходят слова садовода Семилетова из романа Анова: «Вот его дело... А ему сады доверили!.. Он эти сады зимой на дрова спилил... Вона пеньки торчат! А тут апорт – во какой рос, и пармен золотой!».

    Полный текст читай: Проскурин В.Н. Балтийский моряк верховодит колхозом.-в кн.:Алма-Атинские дворики, 2009 г., сс. 26-28

    Категория: Историко-географические очерки | Добавил: semirek (02.01.2012)
    Просмотров: 1212 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/1
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]