Главная | Регистрация | Вход
Персональный сайт Владимира Проскурина
Поделитесь
Меню сайта
Категории раздела
Памятники культуры и религии Алматы [27]
Архитектура,городская археология, книжные сокровища, достопримечательности
Туризм, краеведение, экскурсии [17]
Историко-географические очерки [23]
Туркестан. ЖЗЛ: годы, имена, судьбы.
Казачество в Азии [26]
Летопись Заилийского края [28]
Дайджест прессы [22]
Домашний архив [9]
Наш видеозал [4]
Вход на сайт
Логин:
Пароль:
Поиск
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • /li>
  • Статистика

    Онлайн всего: 3
    Гостей: 2
    Пользователей: 1
    allenzs1
    Главная » Статьи » Туризм, краеведение, экскурсии

    Извозчики носят неестественные шапки…

                                                                                    

                                            Владимир Проскурин                                        

                                            775 лет Берлину

            «...Я нашел в Берлине перемену большую, коренную, но незаметную для поверхностного наблюдателя: все, кажется, идет по-старому.  Здесь как будто ждут чего-то, все глядят вперед; извозчики носят те же неестественные шапки; сверх того, завелись омнибусы … Добрые немцы собираются сотнями и «торжественно едят» (halten ein Festessen) в честь какого-нибудь достопамятного происшествия…  Одни Eckensteher (комиссионеры) , известные своими оригинальными остротами, исчезли. Цивилизация их сгубила»

                                       Иван Тургенев, 1 марта 1847 г., Берлин


     Извозчики носят неестественные шапки…  

         Тем временем , в российских селах и городках мода была изменчива. По одежке, вернее головным уборам, определяли место человека на социальной лестнице. В сельской местности каждый знал, что ему надевать – гречневик или шпилек, кучерскую или ямскую шляпы. Городские извозчики делились на ломовых для перевозки клади; на легковых для надобностей пассажиров . Причем, использовали  дрожки , т.е. трясучку или простое дорожное средство , ставшее всепланетным словом и международным понятием ( в нем. Droschkenkutscher )  .В извозном промысле были и биржевые извозчики, ухорские щеголи и лихачи , т.е. мазурики,  промышлявшие грабежным извозом.

    И кого обвинять нам, усталым и грешным,
    Что с обрыва вот-вот полетим под уклон?
    Что мордатый мужик, от вина охмелевший,
    Нашу жизнь, не спросив нас, поставил на кон.
     

        Словом, городской извозчик , летний кучер или зимний «ванька» , с неестественными  домотканными платьем , шапкой и атрибутами , был непременно простым человеком . Однако , последний кучер 20-го столетия   вошел с блеском в историко –литературные , военные, гражданско-патриотические памятники.

           К числу наиболее популярных романов немецкого писателя Ганса Фаллады ( 1893-1947 ; настоящее имя Рудольф Дитцен ( Rudolf Ditzen ) относится «Железный Густав», опубликованный на основе автобиографических заметок. Он рассказывает о годах своего детства и юности, смешивая в повествовании подлинные факты и художественный вымысел. Книга проникнута большой теплотой, любовью и тонким юмором. Роман этот имел непростую судьбу и начинался с популярного  извозчика  из Ванзе  (район Берлина)  Густава Хартманна ( р. 4 июня 1859 г. в Магдебурге  -у. 23 декабря 1938 г. в Берлине ) , прозванного за свое упорное нежелание стать автомобильным таксистом — «Железным» ( Der eiserne Gustav). В 1998 г. в Берлине , к юбилею кончины последнего кучера , скульптор Герхард Роммель установил  памятник на берегу Ландверсканал  ( в тиши зеленой полосы шоссе, но  среди автомобильного круговорота, в  преддверии знаменитой  площади Потсдаммерплац ). 

          В качестве основы Фаллада выбрал любопытный эпизод недавнего прошлого: старый извозчик  Хартманн некогда процветавший на дрожках , а теперь оставшийся без гужевых  пассажиров, предпочитающих автомобильное такси, отправился в конный пробег от Берлина до Парижа. Убежденный, что автомобили - это ненадолго, и старые добрые времена скоро вернутся, он все больше влезает в долги. Узнав об этом, его жена пытается объявить его недееспособным. Чтобы не попасть в сумасшедший дом, Густав решает ехать в Париж Тем самым  определив спортивное понятие «Тур де Франс» .

           Поездка Густава , - героя романа Фаллады Густава Хакендаля, прозванного  Железным , -  проходит триумфально, и появление старого извозчика в городах и селах, лежавших на его пути, оставляло у встречавших чувство радости и доброжелательности. Нет, не потому так сердечно встречали его люди, что видели в нем олицетворение «доброго старого времени». Люди не любили старое время, ибо оно породило и мировую войну, и те бедствия, которые за ней последовали. Хакендаль, проезжавший по дорогам Германии и Франции, принявший в Париже участие в гонках со старейшим парижским извозчиком, олицетворял собой мужество, которого недоставало людям, начинавшим терять веру в жизнь, в ее ценность.

          И вот через мятущуюся, тревожную, неустроенную, жестокую жизнь, теряя детей, теряя привычные представления о господствовавшем в мире порядке, проезжает старый извозчик Густав  Железный, равнодушный к ее голосам, ее зовам и соблазнам, внимая цокоту копыт своего коня и привычным, однообразным и унылым, как осенний дождь, причитаниям своей дряхлеющей спутницы по дорогам бытия. Просто он, семидесятилетний старик — «последний берлинский извозчик» на свой страх и риск, при скромной финансовой поддержке падкой на сенсации газеты совершил поездку из Берлина в Париж и обратно. Весь этот долгий путь он проделал на том же экипаже, на котором ежедневно разъезжал по берлинским улицам, обдаваемый дымом автомобилей, безжалостно оттеснивших своего старомодного конкурента.


           Судьба Железного Густава захватила Фалладу, и в его душе началась незримая, таинственная работа: пережитое и испытанное им самим и немецким народом в первую треть нового века претворялось в художественные образы. За очень короткое время, работая, как всегда, запоем, Фаллада написал большой, масштабный роман, по праву занявший выдающееся место в его творческом наследии.

       По сути роман был о другом и ,даже, о третьем, герой нового повествования носил не одно имя, а целой семьи Гейнца и Густава Хакендалей , имена которых связывались с началом фашистским движением . Когда во главе государства стоял бравый, воинственный кайзер, когда полновесной была марка и курс ее, как и курс государственных бумаг, казался столь же незыблемым и прочным, как и весь тогдашний размеренный и устроенный порядок, когда в рейхстаге заседала обширная социал-демократическая оппозиция, объявлявшая себя защитницей трудящихся, когда немецкие корабли бороздили моря и океаны, где ранее развевался только британский флаг, когда успехи германской промышленности приятно щекотали самолюбие обывателя, — каким оно было на самом деле, это ушедшее в вечность время?

            Тогда Густав Хакендаль, прозванный за твердость и непреклонность характера «Железным», был полновластным хозяином большого извозного заведения. Суровый отец семейства и супруг, он поддерживал тяжелой рукой строгий порядок в доме и заставлял трепетать служащих, покорную плаксивую жену свою и пятерых детей. Хакендаль приобрел в армии, где он, прилежный и исполнительный старослуживый вахмистр, впитал в себя дух пруссачества, железной дисциплины, покорства младших старшим, дух безграничного уважения к власти, богатству, чинам. И хотя армия давно уже осталась за плечами Хакендаля, а годы посеребрили его крепкую тугодумную голову, вахмистерский рык по-прежнему раздавался и в конюшне и в доме так же громко и властно, как и раньше в казарме.

        Порядок, который виделся Хакендалю и дома и в государстве, был ложным, неустойчивым, бесчеловечным порядком. Силу сопротивления жизни  сначала пришлось испытать в собственном доме: его любимый сын Эрих был уличен не только в тайном кутеже, но и в краже денег у отца. Выпущенный матерью и старшим братом из подвала, куда его запер отец, Эрих навсегда уходит из дому. Так неожиданно для Хакендаля обнаруживается, что его семья, которую он с удовольствием озирал за обеденным столом, — чужда ему, а его дети живут неизвестной, иной, чем его собственная, жизнью, не укладывающейся в его представления о нормальном ходе вещей. Да, каждый из детей Железного Густава думает только об одном — как вырваться из тюрьмы, которая именуется отчим домом, и каждый из них уходит из дому, от семьи, от деспотизма отца, от его проклятого, бездушного порядка.

           Писатель не смягчает ответственности Густава , старого берлинского извозчика, досконально знающего нравы и обычаи столицы. Столь же трагично сложилась жизнь и старшего сына Густава — его первенца и наследника всего извозного предприятия — Отто Хакендаля. Его жена — портниха Гертруд Гудде, или Тутти, — один из самых светлых женских образов Фаллады. Безропотная труженица, она обладает не только огромным терпением — неизбежным спутником всякой скудной и тяжелой жизни, — но и огромной стойкостью, выношенным чувством собственного достоинства. Отринутая и не признанная Густавом, даже после того как повенчалась с Отто и родила второго сына, она ни разу не обратилась к родителям мужа за помощью в тяжкие, голодные годы войны и инфляции. Итак, жизненный порядок, который поддерживал и защищал Железный Густав, на деле оказался призрачным, обманчивым. Но его обманывает и высший порядок, в который он верил, как в самого себя.

           Когда появились первые признаки военного кризиса 1914 года, когда о войне стали говорить открыто, Густав был на стороне тех, кто хотел ее всем сердцем. Он был убежден, что кайзер и его генштаб знают, что делают, он был уверен, что против немецкого оружия никто не устоит, он думал, что война нужна молодежи как хорошее средство закалки и воспитания. Для Густава война сразу же оборачивается своей прозаически-суровой стороной: его ухоженных коней забирают для армейских нужд и довольно скоро его крепкое извозное заведение заканчивает свое существование, а сам он из зажиточного хозяина превращается в обычного извозчика, еле-еле зарабатывающего на хлеб себе и жене, а также на корм своей коняге.

           Фалладе достало художнической зоркости и мужества, чтобы отделить истинную германскую  революцию, образцом которой для него и для его юного героя была революция русская, а вождем — Ленин, от той, которую возглавляли господа Шейдеман и Эберт  их присными, запятнавшие свои руки кровью восставших рабочих, матросов, солдат. Имя вождя спартаковцев, основателя КПГ  Карла Либкнехта противостоит в романе именам социал-демократических деятелей, и оно овеяно глубоким и искренним уважением.  Если роман о последнем берлинском извозчике можно по праву назвать немецкими «утраченными иллюзиями», где изображалось крушение иллюзий всего общества, находившегося в состоянии кризиса, то его последний роман «Каждый умирает в одиночку»  показывал, как у писателя крепла вера в возможность для его героев, народа и страны достичь берега надежды в клокочущем, грозном океане жизни и истории.

    Снимки к очерку:

    1. Берлин. Памятник последнему извозчику

    2. Г.Хартманн .Пробег «Берлин- Париж»

    3-4. Бранденбургские ворота : вчера… и сегодня  

     Опубликовано:

    Извозчики носят неестественные шапки // Дойче альгемайне цайтунг, № 2 / 8670 ,  сс. 4-5  ( 2013 , 11 янв .)  ( о романе Ганса Фаллады «Железный Густав» и о последнем берлинском извозчике Г. Хартманне) 

     

    Категория: Туризм, краеведение, экскурсии | Добавил: semirek (31.08.2012)
    Просмотров: 1079 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]